# Путешествие Кино: Моя страна

Кэй-ити Сигсава

Kino no Tabi — the Beautiful World —

Watashi no Kuni — Own Will —

© 2008 KEIICHI SIGSAWA / MEDIAWORKS

Illustrations by KOUHAKU KUROBOSHI

ISBN978-4-8402-4080-2

Jan 10, 2008


Перевод с японского © 2013 Константин Тимошенков aka Teisuu

http://teisuu.nm.ru

Редакция 1 от 03/02/2013

Русский перевод сей есть труд неофициальный и любительский. Употребление оного дозволяется сугубо в личных целях, не корысти ради и без попрания прав автора книги, её издателей и переводчиков. Всяк, заполучивший русский текст сей, обязуется купить книгу в оригинале или же в любом официальном переводе.


Это рассказ о путешествии человека по имени Кино и двухколёсной машины по имени Гермес.


## Кэй-ити Сигсава. Путешествие Кино. — Этот прекрасный мир —

Иллюстрации Кохаку Куробоси


> Без меня моего мира не существует.

> — Добро пожаловать в мой мир! —


## Моя страна. — По своей воле —

Молодая путешественница по имени Кино приехала в мою страну два дня назад. Она носила чёрную куртку, на поясе у неё висела кобура с крупнокалиберным револьвером, а на спине — автоматический ручной «Увещеватель[*]». Средством передвижения ей служил Мотоциклет[**], прозванный Гермесом. Его багажник над задним колесом с боков и сверху был набит походными принадлежностями.

Согласно официальным записям, к нам никто не приезжал уже 28 лет. Я, разумеется, видел путешественника впервые в жизни.

Моя страна лежит на отшибе, далеко от соседей, и хорошей дороги к нам не проложено. Есть только узкая тропка, петляющая сквозь пустынную равнину, где даже трава не растёт. Ехать по ней на машине или повозке — сущее мучение. Да и верхом на лошади не легче, по пути не сыщется ни еды, ни водопоя. Другое дело Мотоциклет, скоростной и манёвренный.

Жители страны горячо приветствовали путешественницу и с радостью угощали её чем только могли. Мотоциклет под завязку залили топливом и отладили до идеального состояния. При наших развитых технологиях это было совсем несложно.

Радуясь первому гостю за долгие годы, люди делали всё возможное, чтобы у Кино остались самые приятные воспоминания о нашей стране. Я же решил её убить.


День отъезда путешественницы, раннее утро.

Я просматривал камеры наблюдения, расставленные по всей стране, и заметил, как Кино выходит из гостиницы в южной части города. Портье проводил её доброжелательной улыбкой, и она выкатила доверху нагруженного Гермеса на широкий проспект. Чтобы никого не будить, прошла до ближайшего незастроенного участка, и уже там включила зажигание.

Оглушительный рёв мотора прокатился по пустырю, разрывая утреннюю тишину. Я неотрывно следил за гостьей через камеру на проспекте.

По данным с другой камеры, в соседнем квартале находился мусоровоз и двое мусорщиков. Я обратился к ним:

— Бросьте мусор. Садитесь в машину, на углу поверните на юг и сбейте путешественницу на Мотоциклете насмерть.

Если воздействовать на мозг звуковым сигналом определённой частоты, человек безоговорочно мне подчинится. Эту выдающуюся систему управления разработали для того, чтобы моя страна оставалась прекрасным местом для жизни. Я многократно пользовался ею, чтобы остановить людей, покушавшихся на преступление, или заставить демонстрантов, готовых устроить крупные беспорядки, мирно разойтись. Но я впервые применил её, чтобы по собственной воле убить человека.

Повинуясь приказанию, мусорщики молча залезли в кабину, и машина рванулась вперёд. Кино тем временем прогрела мотор и тронулась с места. Если они так и поедут, то столкнутся за углом, на плохо просматриваемом перекрёстке.

Я вывел на монитор изображение перекрёстка и стал ждать. Мотоциклет появился в левом нижнем углу экрана. С противоположной стороны показался мусоровоз, на полной скорости мчавшийся по проспекту. Я было решил, что дело сделано.

И тут путешественница резко затормозила и сильно накренила Мотоциклет вправо. Она с большим запасом разминулась с выскочившей справа из-за угла машиной и как ни в чём не бывало вырулила на проспект.

Мусоровоз с чудовищным грохотом врезался в стену дома. Я успел рассмотреть, как он перевернулся, а затем место аварии заволокло пылью.

План провалился.

Путешественница обладала отменной интуицией. Она смогла увернуться от невидимой для неё машины. По-видимому, немалый походный опыт научил Кино предугадывать грозящую опасность. Прекрасно. Просто прекрасно!

Мне следовало придумать другой способ.

А пока я оставил путешественницу в покое и сообщил в службу спасения о пострадавших в аварии мусорщиках.


Тот же день, незадолго до полудня.

Я отслеживал передвижения Кино по стране через камеры наблюдения, и вот, мне вновь предоставился шанс её убить.

Путешественница припарковала Мотоциклет возле тротуара, а сама сидела неподалёку, в открытом уличном кафе. Время обеденного перерыва ещё не подошло, поэтому других посетителей там не было. Трое официантов неспешно бродили между пустыми столиками, расставляя стулья и открывая зонтики.

Я приказал двум из них, молодым мужчине и женщине, находившимся ближе, забить путешественницу до смерти. Оба подхватили по сложенному стулу, и, занося их над головами, начали приближаться к Кино.

Деревянный складной стул нельзя назвать смертельным оружием, но если два человека несколько десятков раз ударят её по голове, наша гостья, скорей всего, умрёт.

Кино поднесла к губам фарфоровую чашку. Официанты медленно подкрадывались к ней сзади.

— Кино, ты, наверное, и сама знаешь... — вдруг предостерегающе произнёс Мотоциклет.

— Знаю. Ещё один глоток, — безо всякой спешки ответила та, залпом допила чай и резко вскочила.

Ещё вставая, она успела изящно развернуться на месте. Два стула обрушились на третий, уже пустой, и все три развалились на части.

В следующую секунду путешественница с силой пнула официанта в живот. Носок её ботинка уткнулся точно в солнечное сплетение, мужчина взвыл нечеловеческим голосом, рухнул на колени и замер.

Официантка недоуменно уставилась на ножку стула у неё в руке, не зная, что делать дальше. Жалеть её Кино не стала и хлёстко ударила основанием ладони в лоб. Голова женщины дёрнулась — она наверняка получила сотрясение мозга, — колени подломились, и она бессильно повалилась на землю.

— Что здесь происходит?!

Заслышав шум, на улицу выскочил мужчина средних лет, владелец кафе.

— Не знаю, — равнодушно ответила Кино. — Я пила чай, а они вдруг на меня набросились. Сама удивляюсь.

Её дыхание оставалось ровным, она не выказывала никаких признаков волнения. Наверное, в странствии подобные происшествия — в порядке вещей.

Владелец ещё долго извинялся за выходку своих сотрудников. Но сколько он их ни расспрашивал, они не могли ничего объяснить, ведь о моих приказах люди не помнят.

Э-хе-хе. Снова провал.


Путешественница и правда стоила того, чтобы её убить.


Тот же день, после полудня.

Путешественница пока что оставалась в стране. Она осматривала памятники старинной архитектуры, монастыри и прочие исторические достопримечательности, а уехать, похоже, собиралась ближе к вечеру.

Теперь я знал, что просто так её не одолеть, и готовил ликвидацию со всей тщательностью. Придумал я вот что: отряд полиции должен расстрелять Кино, когда она будет выезжать из ворот монастыря. Там узко, двум машинам не разъехаться. Цепь стрелков развернётся веером и откроет огонь, как только увидят Мотоциклет. Очевидно, что спрятаться ей будет негде, а развернуться она не успеет.

Идеальный план.

Я приказал ближайшим к тому месту патрулям убить путешественницу. Вскоре к монастырю съехались пять машин с десятью полицейскими.

Чтобы не попасть друг в друга, они встали полукругом и взяли ворота на прицел. Стоит путешественнице показаться, как они выстрелят. Происходящее транслировала камера с широкоугольным объективом, висящая у них за спиной.

Я замер в ожидании.

Послышался шум мотора. Появились Мотоциклет и путешественница. Я ясно прочёл на её лице изумление, когда она заметила окруживших её полицейских с оружием на изготовку. Что ж, сейчас из тебя сделают решето. Кровь хлынет из многочисленных ран, и ты умрёшь.

Полицейские дали залп.

Они не должны были промахнуться. Пули нашли бы цель, если бы путешественница продолжила ехать вперёд. Или если бы она резко остановилась. Или попыталась бы повернуть.

Но она поступила иначе. В тот же миг, как она поняла, что находится под прицелом, Кино до отказа выкрутила газ и откинулась в седле. Мотоциклет бросило вперёд.

Все пули пролетели через одну точку — где никого уже не было, — и разукрасили стены дырками. Путешественница вихрем пронеслась между выпущенными пулями, между двумя полицейскими и между машинами.

Она в третий раз заслужила моё глубочайшее восхищение. Понятно, что таким способом можно было выйти из-под огня, но чтобы принять верное решение в какие-то доли секунды!

Но при всём восхищении, я не отказался от плана её убить.

Она ехала по узкой улочке, зажатой стенами с обоих сторон. Я послал полицейских в погоню. Приказал догнать её, пока ей некуда свернуть, и задавить.

Полицейские расселись по машинами и тронулись с места. Чтобы проехать, им пришлось выстроиться в колонну, бампер к бамперу.

Я повернул камеру от ворот вслед Мотоциклету и смотрел, как он исчезает вдалеке. Неожиданно его заднее колесо повело, и он остановился, словно решив дождаться преследователей.

Пока я недоумевал, что бы это значило, путешественница поставила Мотоциклет на центральную подножку и соскочила на землю. Ну понятно. Она осознала, что так ей не оторваться. Сейчас она бросит свой транспорт, перелезет через стену и попытается убежать.

Я ошибся. Вместо этого она вынула револьвер.

Положив дуло на седло Гермеса, она прицелилась в головную машину и выстрелила. Всего одни раз. Пуля пробила покрышку, и ту разорвало в клочья. Машина потеряла управления, ударилась в стену и остановилась. Следующие за ней, не успев затормозить, врезались друг в друга, как бильярдные шары. Не успел я опомниться, как пять автомобилей, оплаченных потом и кровью налогоплательщиков, под скрежет и грохот превратились в груду искорёженного металла.

Путешественница тут же оседлала свой Мотоциклет и унеслась прочь. Полицейские, выйдя из-под моего контроля, с обалделым видом топтались возле места аварии, которую сами же и устроили. Я смотрел на них, и меня переполнял восторг.

Какой выдающийся человек!

Пожалуй, после стольких странных происшествий путешественница поспешит покинуть страну. Что ж, у внешних ворот я наконец-то её убью.


Так и есть. Путешественница на полном ходу мчалась к западным воротам.

Я отслеживал её путь, переключаясь между многочисленными камерами наблюдения. С каждой сменой изображения рёв мотора усиливался, и снова затихал после того, как Мотоциклет проносился мимо.

На этот раз, чтобы убить её наверняка, я решил задействовать всех, кого только мог. В южной части страны располагалась военная база, где в постоянной готовности находилась танковая часть с почти сотней солдат. Я распорядился вывести технику для проведения учений.

Собрались они оперативно, видимо, сказался прошлый опыт. Колонна танков и грузовиков выехала с базы и двинулась по дороге, тянувшейся среди возделанных полей. Вскоре, опередив путешественницу, отряд прибыл к западным воротам и занял позицию.

Я решил не ограничиваться залпом из «Увещевателей», а накрыть Кино огнём из танковых пушек. В черте города от него могли пострадать жители, но здесь, на просторе, меня ничто не сдерживало. От путешественницы останется лишь горстка обгорелого фарша. От Мотоциклета — кучка металлолома.

Ничего не подозревая, наша гостья приближалась к западным воротам. Она миновала жилой район, затем складской. Ещё немного, и она окажется за чертой города, а там и ворота недалеко.

Вот она выехала в пригород. До ворот оставалось 500 метров. Ещё чуть ближе, и я скомандую открыть огонь. Солдаты навели пушки на цель.

В тот же миг путешественница заметила стоящие перед воротами танки и резко затормозила, подняв тучу пыли. Окинула взглядом цепь техники, видневшуюся вдали. Сказала что-то Мотоциклету — расслышать я не смог. Он что-то ответил.

Кино прибавила газу, развернулась на месте и направилась обратно к городу.

Вот, значит, как? Ясно. Наотрез отказываешься ехать через западные ворота, и бежишь через всю страну, чтобы улизнуть через восточные. И разумеется, из опасения за жизни горожан, никто не станет пускать в ход пушки в черте города.

Только кто ж тебе позволит?!

Я мог управлять светофорами на всех дорогах в стране — по идее, для того, чтобы дорожное движение шло без помех. Но теперь я поступлю наоборот. Когда Мотоциклет въедет в центр города, на загруженные транспортом улицы, каждый светофор будет встречать его красным светом.

В то же время, я отправлю войска от западных ворот к восточным по широкой дороге вдоль внешней стены. Конечно, это объездной путь, но они должны добраться раньше Кино.

По моему слову вся техника разом пришла в движение. Танки развернулись на месте, их башни были повёрнуты стволом назад и зафиксированы. Грузовикам сопровождения пришлось разворачиваться в несколько приёмов. Наконец, сформированная колонна в строгом порядке выехала на окружную дорогу.

Путешественница, поменяв направление, неспешно катила по складскому району. Скоро первый светофор. Чтобы её задержать, я переключил сигнал на красный.

И тут стрекот мотора внезапно утих, и я расслышал, как Кино спросила:

— Пора, наверное?

— Пожалуй, да, — отозвался Мотоциклет.

Он сбросил скорость, а затем и вовсе остановился. Пока я соображал, что же они задумали, путешественница снова развернула Мотоциклет. И, взяв резкий старт, понеслась к западным воротам.

О чёрт!!!

Был бы у меня рот, я бы завопил в голос.

Танковому отряду был отдан приказ на полной скорости следовать к восточным воротам, и солдаты исполнили его в точности. Они уже отъехали на порядочное расстояние. Башни танков, чтобы не замедлять движение, закреплены стволом назад. Если даже скомандовать вернуться... Я сразу понял, что уже поздно. Им не успеть.

Мотоциклет во весь опор летел к западным воротам. Колонна бронетехники на марше, сколько ни приказывай, просто так не остановится, и тем более не развернётся. Начнёшь подгонять — может случиться авария, хуже того, могут погибнуть люди.

Что ж... Я признал своё поражение.


Войска я отослал обратно на базу. Камера на западной стене показывала, как путешественница подъезжает к воротам. Потрясающе! Сколько здравомыслия, сколько решительности в действиях! Я был готов аплодировать ей стоя, вот только не мог — у меня нет ни рук, ни ног.

Она остановилась у пропускного пункта, и стражник вышел её поприветствовать.

— Значит, уже уезжаете, — добавил он. — Как вам наша страна?

— Не соскучишься, — хором ответили Кино и Гермес.

Молодой солдат смущённо улыбнулся, и подал сигнал, что выезд разрешён. Ворота распахнулись.

Проехав через них, путешественница и Мотоциклет оказались за пределами моей страны. Я больше ничего не мог сделать. Оставалось только следить через наружную метеокамеру, как они, удаляясь, превращаются в маленькое пятнышко, едва различимое на фоне пустыни.

При всей своей решимости, я так и не смог тебя убить. Очень, очень жаль. И в то же время, прими моё безграничное восхищение.

Прощай, путешественница. Если ты снова заедешь в мою страну, тебя ждёт великолепный приём. Как и любого другого путника.


Я и есть эта страна.

Я — система управления государством, построенная его гражданами 27 лет назад для того, чтобы их жизнь стала счастливой. У меня нет тела, а моё сознание, моё «я», существует только как часть главного компьютера.

До сего дня я вовсе не брал в расчёт благополучие тех, кого мне приказывали опекать, иначе говоря, приезжих. Теперь, пожалуй, об этом стоит задуматься. Отныне я буду радушно встречать их по собственной воле.

Добро пожаловать в мою страну.


И всё же, почему мне захотелось напасть на путешественницу? Сам себя не понимаю...


— Кино...

— Да?

— Перед поездкой в ту страну ты предупредила, что там надо всё время быть начеку, вести себя так же, как в дороге. Теперь-то я отлично тебя понимаю, но...

— Но?

— С чего бы это? Ты не объяснила.

— Да я как-то встретила одного дядьку-торговца, и он рассказал, мол, поехал однажды туда путешественник, ну и...

— Что?

— Не вернулся. Причём он обговорил дату, когда его ждать обратно, и даже вещи оставил.

— Ох ты...

— «Не иначе, сцапали его в той стране и съели, — заключил торговец. — Ты это, смотри в оба.»

— Хм-м. Вот, значит, почему.

— В общем, да. Хотя это случилось очень давно.

— Как давно?

— 28 лет назад.

— Хм.


В центральной части той страны, глубоко под землёй, находилось помещение, называемое «Моя комната». Оно охлаждалось мощными кондиционерами и было заставлено стойками с компьютерным оборудованием.

В самом его центре разместился круглый, заполненный жидкостью сосуд, в котором плавал подключённый к многочисленным проводам человеческий мозг.

Сосуд украшала табличка из чистого серебра. На ней была выбита дата, с которой минуло уже 27 лет, и надпись, гласящая:

«Погибший гость да поможет хозяевам».

## Об авторах

Кэй-ити Сигсава

Родился в 1972 году. В 1999 году рассказ «Путешествие Кино» стал финалистом 6-го литературного конкурса Dengeki Game. С марта 2000 года началась публикация в журнале Dengeki hp, в июле того же года вышел первый том. Самые известные произведения — «Путешествие Кино», «Аллисон», «Лилия и Трейз» и «Кино в школе».

Кохаку Куробоси

Родился в префектуре Канагава, сейчас живёт в Фукуоке. Начал рисовать додзинси во время учёбы в институте. В настоящее время - художник-фрилансер, рисует иллюстрации к книгам или разрабатывает дизайн персонажей для игр.

# Примечания автора

*

Увещеватель (Persuader) — стрелковое оружие, в данном случае - пистолет.

**

Мотоциклет (Motorrad) — здесь: двухколёсное транспортное средство, не способное летать.